Неординарные преступники и преступления. Книга 2 - Алексей Ракитин
Скромные результаты проведённых обысков убедительно доказали криминальную опытность Рэндалла Вудфилда. Хотя тот явно не ожидал появления полиции и, соответственно, не готовился к визиту «законников», тем не менее он всё время допускал возможность внезапного обыска и в превентивном порядке принимал меры по самостраховке. Вудфилд явно имел тайник, в котором хранил и револьвер 32-го калибра, и патроны к нему, и вещи, взятые у жертв, вот только тайник этот был хорошо спрятан и явно находился вне мотеля.
Прокурору ван Дайку противостоял умный, осторожный и опытный преступник, но это был не повод отказываться от расследования.
Резиновая маска, найденная на дне шкафа в номере Вудфилда. В одной коробке с маской хранились нитяные перчатки и большое количество полосок бактерицидного пластыря телесного цвета — все эти предметы могли использоваться их владельцем при подготовке нападения. Тем не менее владение этими вещами не доказывало причастность Рэнди Вудфилда к преступлениям «Грабителя с автострады I-5».
В течение последующей недели — речь идёт об интервале времени с 7 по 14 марта 1981 года — информация об аресте предполагаемого «Бандита с I-5» была передана средствам массовой информации. Новость моментально стала сенсацией. Ощущение успеха правоохранительных органов усиливалось тем, что преступника схватили в скором времени после того, как его деяния стали достоянием гласности. Со стороны могло показаться, будто преступник начал свои нападения совсем недавно, буквально месяца полтора назад, хотя в действительности это было не так [первые нападения «Грабителя с автострады I-5» относились к началу декабря 1979 года].
Личность преступника, разумеется, вызвала всеобщий интерес, тем более что его и в самом деле следовало признать человеком довольно необычным для лиц подобной категории.
Рэндалл Брент Вудфилд (Randall Brent Woodfield) родился 26 декабря 1950 года в Салеме во вполне респектабельной семье среднего класса. Отец его делал успешную карьеру в телефонной компании «Pacific Northwest Bell» и, в конце концов, стал крупным руководителем регионального уровня. Мать всю жизнь оставалась домохозяйкой, благо уровень доходов мужа вполне это позволял. Родители воспитывали кроме Рэнди двух девочек, рождённых в 1948 и в 1952 году. Рэнди хорошо учился, показывал прекрасные успехи в лёгкой атлетике. Ко времени окончания школы он стал отдавать предпочтение американскому футболу, играл за сборную команды школы и свою будущность решил связать с профессиональной карьерой именно в этом виде спорта.
Всё в жизни юноши было, в общем-то, хорошо, но… В хорошей криминальной истории всегда есть место для многозначительного «но». В 16 лет юношеская гиперсексуальность выразилась крайне необычным способом — Рэндалл, учившийся тогда в школе в Ньюпорте, полностью обнажился перед группой школьниц. И сделал он это не где-то в раздевалке или коридоре — что можно было ещё как-то объяснить стечением обстоятельств — а в общественном месте, на мосту, буквально на глазах десятков соучеников, соучениц и их родителей.
Последовал, конечно же, феерический скандал. Взрослого человека за такую выходку в 1966 году могли запросто отправить в тюрьму или сумасшедший дом, однако за Рэнди вступились как учителя, так и тренеры школьной команды. Ну, в самом деле, парень — светлая голова, хорошо успевает по всем предметам, отличный спортсмен, замечательная семья, ну, подумаешь, потряс перед девочками мужским причинно-следственным местом, ну, разве можно ломать жизнь юноши из-за такого пустяка?
Педагогический коллектив услышал защитников Рэнди и жизнь юноше ломать не стал, хотя, возможно, именно это и следовало бы тогда сделать. Случившееся списали на неспособность Вудфилда управлять сексуальными побуждениями, дескать, надо ему научиться это делать, и всё будет хорошо. Молодой человек стал наблюдаться у психолога, разумеется, продемонстрировал позитивную динамику и по окончании школы был признан полностью исправившимся. Все материалы, связанные с этим случаем, в том числе и записи коррекционного психолога, были уничтожены — их в 1981 году отыскать не удалось. Причём не удалось установить, кто именно распорядился уничтожить документы; всё произошло как бы само собой.
Одно из первых появлений Рэнди Вудфилда перед тележурналистами в суде во время слушаний о возможном освобождении под залог.
Вудфилд поступил в «Treasure Valley Community College» — очень неплохое учебное заведение на самом востоке Орегона, на его границе с Айдахо — и сразу же занял место в сборной команде по американскому футболу. И пару лет всё в жизни Рэндалла было вроде бы хорошо, во всяком случае в его учебных документах не нашли отражения какие-либо негативные эксцессы с его участием. Так продолжалось до весны 1970 года, когда молодой человек устроил отвратительный погром в комнате девушки, отвергнувшей его ухаживания.
Никаких улик, которые можно было бы связать с Вудфилдом, на месте преступления не осталось, но характер поведения вандала однозначно свидетельствовал о его глубокой личной потребности оскорбить конкретную девушку. Причём только одну из двух проживавших в апартаменте. Он изрезал ножом её мягкие игрушки, выколол глаза фотографиям, испражнился в кровать и прочее. Мотив действий вандала был очень прозрачен, запирательство Вудфилда, отрицавшего собственную причастность к случившемуся, выглядела неубедительно и жалко.
Администрация колледжа рекомендовала Рэнди забрать документы и уйти по-тихому, пообещав замять дело без суда и даже снабдить его отличной характеристикой. Вудфилд подумал и… согласился.
С прекрасной рекомендацией и отличным дипломом он нашёл своё место в Университете штата в Портленде (Portland State University). Где сразу же занял место в сборной команде университета по американскому футболу. И там с Вудфилдом произошла очень интересная метаморфоза — он вступил в «Содружество христианских спортсменов» («Fellowship of Christian Athletes»), некоммерческую международную организацию, объединявшую спортсменов-христиан. Он ходил на собрания этой организации, платил членские взносы, участвовал в проводимых акциях, ну, и, разумеется, регулярно посещал церковь, поскольку невозможно быть спортсменом-христианином, не посещая храм. Не довольствуясь этим, Вудфилд вступил в другую псевдорелигиозную организацию, носившую довольно странное для православного слуха название «Студенческий патруль во имя Христа» («Campus Crusade for Christ»). Сами студенты называли её «Крю» — это сокращение от слова «crusade» («патруль»). Эта организация являлась межконфессиональным христианским движением, которое с полным правом мы можем считать экуменическим. То есть от христианства там мало что осталось, но общественная движуха кипела сильнее, чем в любом другом студенческом союзе.
В тот период — речь идёт о периоде с 1971 по 1974 год — словно бы существовало два Вудфилда, совершенно непохожих один на другого. Первый бегал по кампусу в белой рубашке с золотым значком «Крю» на груди и раздавал всем желающим листовки с требованием принять на обучение в университет молодых беженцев из Южного Вьетнама, спасавшихся в США от войны с армией Хо Ши Мина. Другой же Вудфилд в те же самые дни и недели попадал в какие-то немыслимые переделки
